«Если ты девочка и хочешь кодить, у тебя не должно быть проблем»: как российские женщины участвуют в экономике страны

Гендерное равенство, женщины в экономике России и мифы о феминизме в СССР.

В издательстве фонда «Нужна помощь» вышла книга Линды Скотт

«(Не)женская экономика. Как гендерное неравенство ограничивает наш экономический потенциал». Рассказывая о том, как женщин ограничивают в финансовой и социальной активности, автор приходит к выводу, что от расширения экономических прав женщин выиграют не только сами женщины, но и корпорации, правительства и мировая экономика. 

Для этого материала мы поговорили с двумя экспертками – главным редактором Forbes Life и Forbes Woman Юлией Варшавской и Ледой Гариной, режиссером, феминисткой и куратором проекта «Ребра Евы». Они рассказали о том, как женщины ведут бизнес в сегодняшней России, какая поддержка им необходима и главное – что, по их мнению, изменится после 24 февраля 2022 года в контексте участия женщин в экономике страны и гендерной повестки.

Последствия «специальной военной операции»

Юлия Варшавская
Юлия Варшавская
главный редактор Forbes Life и Forbes Woman

Я как и многие, чувствую, что ситуация совершенно не прогнозируема. Сейчас все действуют тактически: мы замерли и наблюдаем, потому что 99,9% вещей, которые сегодня влияют на бизнес и медиа, не зависят ни от бизнеса ни от медиа. У кого-то заморожены платежи, кто-то сокращает бюджеты на пиар и маркетинг, у кого-то появились проблемы с поставками. Некоторые предпринимательницы думают про релокацию, кто-то уже переезжает со своим бизнесом. Так как ситуация очень турбулентная, есть ощущение, что большая часть людей решает вопросы эмоционально – сложно предугадать, как это отразится на будущем.

Оставшимся здесь предпринимательницам чрезвычайно тяжело, несмотря на то, что критерий тяжести изменился: есть те, кому сейчас в миллион раз тяжелее, и любые жалобы кажутся довольно кощунственными. Тем не менее, люди всех полов, особенно женщины, столкнутся с тяжелейшими экономическими условиями. В этих условиях они будут спасать свой бизнес и свои проекты. Выживут те, кто не растеряет аудиторию или найдет новую. Сейчас мало кто понимает, куда нужно перестраиваться, — что-то понять можно будет только через полгода-год — сегодня эти цифры кажутся нереалистичными, потому что мы не знаем, что будет завтра. 

Тяжелее всего придется сотрудникам НКО и социальным предпринимательницам. НКО в России на 90% занимаются женщины, и я ужасно переживаю о том, что будет происходить с ними: у них нет никакой подушки безопасности, не настроен бизнесовый подход. Это приводит к тому, что сейчас они оказались на грани выживания. 

В кризисной ситуации женщины чаще подвергаются безработице. Кроме того, если мы говорим про крупные, например, промышленные компании, скорее всего, женщины занимают там менеджерские позиции – занимаются пиаром и маркетингом – эти подразделения будут сокращать. Мне кажется, у нас на стереотипном уровне есть представление, что семью содержит мужчина, поэтому его не увольняют. Хотя мы прекрасно знаем, сколько в России матерей-одиночек.

Крупнейшие западные компании задавали тренд на гендерное равенство и поддержку женщин в бизнесе, на них ориентировались компании из России. Политика diversity inclusion / корпоративная политика разнообразия и инклюзивности: у разных людей есть равные возможности, каждый сотрудник включён в компанию, учитываются его интересы и потребности / была одним из критериев отчетности перед западными инвесторами. Меня чрезвычайно волнует, как будет теперь меняться при отсутствии какого-либо стимула риторика наших компаний. В целом, у крупных проектов и банков, которые попадают в наш рейтинг «Лучших компаний для женской карьеры» с этим уже все неплохо, и они вряд ли слезут с этой лошади, тем более, сейчас это приятный маркетинговый ход: нашим компаниям нужно будет говорить, что они все еще выступают за что-то хорошее, доброе и женское.  

Леда Гарина
Леда Гарина
режиссер, феминистка и куратор проекта «Ребра Евы»

Любые военные действия ухудшают положение женщин. Из-за разрушения сфер экономики, где они были задействованы, женщины могут стать жертвами торговли людьми, потому что им больше нечем кормить семью. Например, бьюти-индустрия, где занято множество женщин, связана с зарубежными поставками, которых нет уже сейчас. То же самое в сфере торговли и обслуживания, где женщин всегда было большинство. Сфера доставки, насколько я понимаю, у нас тоже схлопнется. На данный момент, последствия всех санкций до конца еще не видны, но если смотреть в долгосрочной перспективе, мы увидим, что разрушится индустрия моды и общепита — уйдет большое количество продуктов, количество платежеспособных покупателей уменьшится.

Мне кажется, что по остаточному принципу начнут сокращаться и отрасли, связанные с государством: детские сады, школы, больницы. Весь бюджет уйдет на попытки залатать внешние экономические дыры. Даже если ты бюджетник, будет расти риск попасть под сокращение, зарплата подвержена инфляции, а лежащая на плечах женщины ответственность за содержание детей и других нетрудоспособных родственников останется, при этом при растущей нагрузке финансы на вырастут.

Женщины в экономике сегодняшней России

Леда Гарина
Леда Гарина
режиссер, феминистка и куратор проекта «Ребра Евы»

В России разница между зарплатами мужчин и женщин за одинаковую работу — 28%, в пандемию этот разрыв увеличился. Кроме того, есть условно «женские» сферы занятости и «мужские», куда женщин практически не берут. Мой коллега однажды решил их сравнить. Скажем, школьная педагогика и нефтяная индустрия. В педагогике на 90% заняты женщины, в нефтяной индустрии наоборот: 90% – мужчины. В этом случае разница между зарплатами будет около четырехсот процентов. 

Часто, говоря о женщинах, которые находятся на руководящих позициях, мы предполагаем бухгалтерские должности, где на них навешивается такое количество обязанностей, на какое мужчина просто не согласится. Я как-то раз, например, предложила молодому человеку работу расшифровщика: слушать аудио и переводить его в текст. Через пару дней он отказался, сказав, что эта работа для женщин, потому что она требует много писанины и усидчивости. 

Кроме того, в России есть проблема стеклянного потолка: в каком-то сегменте, например, в вузовском преподавании может быть достаточно много женщин, но чем выше должность, тем лучше она оплачивается, в то же время меньше шансов, что туда допустят женщину. 

Женщины испытывают колоссальное давление при выборе профессии и в процессе трудоустройства. У нас до сих пор есть список запрещенных профессий, а в некоторые профессии путь формально открыт, но женщины не могут работать из-за гендерных стереотипов: у нас нет запрета на работу геодезистом, но строительные бригады, которые работают на дороге, чаще всего состоят только из мужчин. Так происходит потому что женщин оттуда выживают или не дают им туда устроиться. У нас нет ограничений на работу водителем маршрутки, но номинально – это сфера мужчин, и женщин будут оттуда выживать. То же самое касается женщин в авиации. Везде, где у нас будут хоть какие-то деньги, будут находиться мужчины. 

В Германии я видела детские садики, где половина воспитателей – молодые парни, у нас такая ситуация невозможна. Если в рекламе участвуют дети-сироты, они всегда обращаются к маме. Ребенок ищет маму и никогда не говорится о том, что папа ему тоже нужен. Законодательные инициативы могут быть не напрямую экономическими, но приводят к тому, что женщина становится несамостоятельным субъектом, за который могут подумать лучше, чем подумает она сама. Декриминализация домашнего насилия, предложения о выводе абортов из ОМС – не экономические, но репрессивные меры. 

Юлия Варшавская
Юлия Варшавская
главный редактор Forbes Life и Forbes Woman

На сегодняшний день большая часть женщин, добившихся высоких должностей в России, приложила к этому сверхусилия и пошла на сверхжертвы. Женщины в бизнесе находятся в более уязвимой [чем мужчины] позиции. Это связано, в том числе, со стереотипами и клише. 

Не все хотят быть генеральными директорами — это тяжелейший труд и ответственность. Но если ты девочка и хочешь кодить, играть в футбол или быть менеджером хоккейной команды, у тебя не должно быть проблем ни на каком этапе. Пока у нас есть много сфер карьеры, которые закрыты для женщин по совершенно не объективным причинам семейных и общественных стереотипов, по причине отсутствия социальных лифтов.

Критерии поддержки женщин в бизнесе

Юлия Варшавская
Юлия Варшавская
главный редактор Forbes Life и Forbes Woman

Прежде всего, равенство в зарплатах и создание всех условий, связанных с декретом: деторождение – серьезный фактор, подрывающий карьеру женщины. У нас до сих пор нет института родительства, только институт материнства. 

Ключ к тому, чтобы женщина имела равные с мужчиной в возможности реализации карьеры – совместное родительство, когда мама и папа одинаково вовлечены в воспитание и уход за детьми. Женщина должна понимать, что декрет не означает для нее конец карьеры. Она временно уходит с работы, но знает, что у нее будет возможность, когда она захочет выйти на работу, оказаться на той же позиции, на хорошей зарплате, она сможет пройти курсы повышения квалификации, потому что за это время могла потерять какие-то скиллы в нашем быстро развивающемся мире. У нее должен быть гибкий график, социальные пакеты, которые предлагает компания, и возможность создания вокруг работы какой-то инфраструктуры. Например, детский сад, который как-то аффилирован с местом работы.

Важную роль играет создание корпоративной культуры, в которой женщине помогают преодолевать ее собственные стереотипы по поводу себя. Для этого придуманы программы HeForShe / движение солидарности, созданное организацией «ООН-Женщины». Его цель — привлечение мужчин и мальчиков для деятельности в качестве защитников равноправия полов / или #IamRemarkable / инициатива компании Google, которая призвана помочь женщинам и малопредставленным группам в продвижении себя и развитии навыков самопрезентации/. В рамках сообщества проходят воркшопы и другие активности. Крупные компании делают у себя программы по женскому лидерству. Боюсь, если случится откат в экономике, он случится и в гендерной повестке.  

Современный дискурс говорит нам о том, что женщине ради карьеры больше не нужно перешагивать через себя, семью и что-либо еще. Рабочие условия должны быть созданы такие, чтобы женщина могла реализовывать все свои возможности, и государство должно в этом помочь. Конечно, чем выше ты хочешь забраться, тем больше нужно работать, но высокая должность для женщины не должна быть ошибкой выжившего. 

Создание условий продвижения – это избавление от стереотипов, создание корпоративной культуры, в которую мужчины в равной степени вовлечены. Смысл корпоративного гендерного равенства заключается в равных возможностях для всех, а не в том, что женщин продвигают, а мужчин отодвигают на второй план. Это еще один колоссальный стереотип бизнеса в России, с которым мы успешно боролись.  

Про внешние условия и экономику

Юлия Варшавская
Юлия Варшавская
главный редактор Forbes Life и Forbes Woman

Богатейшие женщины в России и на Западе, конечно, различаются. Это связано не с самими женщинами, а с экономикой. Капиталы российских selfmade-женщин смешные, а в рейтинге богатейших женщин страны 80% тех, кто построил бизнес благодаря мужчинам. Такова специфика нашей экономики: все крупные капиталы были заработаны в девяностые, в условиях бандитизма, отъема бизнеса и суровейших мужских времен, когда женщины существовали в состоянии небезопасности, экономического кризиса и разрухи.

Все упирается в условия, при которых строятся капиталы. Женщины, которые сегодня попадают в американские рейтинги Forbes, имели совершенно другие возможности на протяжении последних лет. 

К тому же в России все централизовано. Уровень стереотипов и препятствий, с которыми женщина может столкнуться, пытаясь построить свой бизнес, в провинциальном городе выше, а возможности получить образование и уровень жизни – ниже. Поэтому я всегда радуюсь региональным инициативам, как, например, проект Кати Рыбаковой «Pro Женщин», который создает сообщество предпринимательниц по всей России.

Гендерное равенство в СССР

Леда Гарина
Леда Гарина
режиссер, феминистка и куратор проекта «Ребра Евы»

Список запрещенных профессий появился в 1974 году, до этого женщины могли заниматься практически любой профессией. Но в СССР женщина трудилась в две смены: сначала – на своей работе, потом бесплатно занималась домашними делами без всяких вспомогательных средств. 

Когда родилась я, моя бабушка ушла с работы, чтобы заботиться обо мне. Стараясь обеспечить семью, она работала по 16 часов в день, искала, где подешевле купить картошку и что бы заложить в ломбард. 

Юлия Варшавская
Юлия Варшавская
главный редактор Forbes Life и Forbes Woman

Мы планировали сделать ключевой темой этого года развенчание мифов вокруг гендерного равенства в СССР. Мы начали писать об этом в мартовском номере, который вышел 24 февраля — мы его не анонсировали, и он растворился в воздухе. Я считаю, что миф о советской эмансипации – один из самых вредных для современного феминистского дискурса в России. Феминизма в СССР не было, это было запрещенное слово, он был диссидентским движением. Было решение гендерного вопроса. 

Да, для женщин создавались условия, связанные с детьми: бесплатные ясли, молочная кухня и так далее. Но это лишь малая часть истории. На самом деле, на женщинах была двойная нагрузка: днем они наравне с мужчинами строят коммунизм, а вечером проходят и делают всю домашнюю работу, которая была совсем иной с точки зрения технологий, которые упрощают жизнь сейчас. Посудомоечных машин, доставок еды, современных стиральных машин не было. Не было ничего, что помогало бы женщине облегчить тяжелый домашний труд. 

Решение гендерного вопроса политическим путем никогда не приводит к свободе женщин и к предоставлению им равных возможностей. Это приводит только к наличию двойных обязанностей, а двойные возможности и двойные обязанности – это разные вещи. 

Говоря о современном отношении к гендерному вопросу, мы говорим о гуманизации отношения к женщине. Мы должны жить в мире, где все вопросы решаются путем создания институтов, которые работают на гуманизацию и устойчивое развитие, где есть возможность выбора и реализации себя, где есть личная свобода. Образ женщины, которая тянет целину и строит БАМ, противоречит всему, ради чего мы так долго работали. 

Спасибо, что дочитали до конца! Книгу «(Не)женская экономика» о том, насколько важно участие женщин в экономике и как оно влияет на всех, можно купить тут.

Материалы по теме
Знания
«Насилие расчеловечивает»: как выстраивать публичную коммуникацию о проблеме насилия с разными группами
23 июня
Знания
«А, Хокинг, знаем-знаем»: что такое БАС и как живут люди с этой болезнью
22 июня
Знания
9 советов по привлечению сторонников в соцсетях
21 июня
Читайте также
Опыт
Как фонды собирают пожертвования по QR-коду и насколько это эффективно
9 июня
Знания
Как перестать собирать пожертвования на личную карту и почему это важно
26 апреля
Опыт
Как собирать пожертвования в кризис и какие подходы помогут фандрайзингу выжить. Мнения фондов
14 апреля