• 29 августа 2023, 15:30

Снижение поддержки благотворительных организаций и рост одобрения закона об «иноагентах». Итоги опроса «Профессиональная благотворительность в развитии»

В седьмой раз фонд «Нужна помощь» совместно с агентством онлайн-исследований Tiburon Research проводит ежегодный опрос интернет-пользователей из крупных городов (с населением от 100 тыс. человек), чтобы зафиксировать, как часто люди соприкасаются с деятельностью благотворительных организаций и как их воспринимают.

Речь идёт о поддержке институциональной, или профессиональнойПрофессиональная благотворительность включает: практики поддержки благотворительной организации (наличные и безналичные пожертвования, кэшбек, передачу и покупку товаров, вещей, волонтерство). Не включает: милостыню на улице / в транспорте, передачу денег напрямую конкретным людям и пожертвования представителям б/организаций на улице / в транспорте. Согласно существующему соглашению, принятому некоммерческими организациями, последняя практика содержит большой риск мошенничества и не рекомендуется профессиональным организациям.  , благотворительности. Это область непосредственного интереса фонда «Нужна помощь»: для нас важно развитие профессионализма в секторе. Представляем результаты опроса за 2023 год.

Основные выводы

  • Доля интернет-пользователей, которые хотя бы раз участвовали в практиках поддержки благотворительных организаций за последние 12 месяцев, снизилась до 71%. Это значение является минимальным за всю историю наблюдений (с 2017 года).
  • По-прежнему охотнее поддерживают организации, которые помогают детям с инвалидностью и нуждающимся в лечении (39% от тех, кто делал пожертвования организациям), а также бездомным животным (24%). Однако пристальное внимание теперь направлено и на помощь российским военным, добровольцам СВО и членам их семей (18%). Мигрантов и беженцев, напротив, в этом году поддерживали меньше, чем в прошлом.
  • За прошедший год люди стали чаще отмечать важность морально обязывающих мотивов, которые связывают личное участие в благотворительности с понятием долга — как гражданина России и как верующего человека.
  • Лояльность населения к деятельности благотворительного сектора и основных действующих лиц по-прежнему низкая. Константин Хабенский — главная персона благотворительности, имеющая наиболее выраженный капитал доверия у россиян. Напротив, наибольшее недоверие было зафиксировано к Чулпан Хаматовой.
  • В 2023 году готовность российского населения совершать пожертвования в благотворительные организации в будущем остается низкой (38%). Главные причины отказа от пожертвований — ограниченные финансовые возможности и недоверие.
  • Недоверие населения к деятельности благотворительных организаций, значимо выросшее в 2022 году, не удалось преодолеть и в 2023. Сейчас этот барьер к участию выражен у 56% респондентов.
  • За прошедшие два года выросла поддержка закона об «иностранных агентах» и практики его применения в отношении НКО. Готовность к публичной поддержке организаций, получивших такой статус, и доверие к ним, напротив, снизились.

Участие в профессиональной благотворительности. Как и кому помогают

За последние 12 месяцев 71% интернет-пользователей хотя бы раз участвовали в практиках благотворительности, за которыми стоит работа благотворительных организаций. Этот показатель снизился на 4 процентных пункта по сравнению с прошлым годом и является самым низким за всю историю наблюдений (с 2017 года).

Список наиболее массовых практик такого участия не изменился: передача вещей (одежды, продуктов и др.), пожертвование денег в ящики-копилки в общественных местах, отправка СМС на короткий номер. За последний год россияне стали чуть реже передавать вещи благотворительным организациям, но чаще жертвовать им наличными деньгами.

Кроме того, практически у каждого десятого респондента был опыт пожертвований криптовалюты на кошелек благотворительной организации (ранее в исследовании эта опция не задавалась). Чаще это мужчины до 35 лет, с высоким уровнем ежемесячного дохода.

В 2022 году отмечалось снижение доли людей, которые участвовали в профессиональной благотворительности ежемесячно (в предыдущие годы показатель медленно, но рос). В 2023 году это снижение не продолжилось, что можно рассматривать положительно: для 11% респондентов благотворительность была ежемесячным событием (от тех, кто поддерживал организации). Преодолеть дальнейшее снижение, вероятнее всего, удалось благодаря поиску новых возможностей благотворительными организациями, столкнувшимися в прошлом году с невозможностью принимать пожертвования привычными способами.

Общаясь с коллегами по сектору, я слышу разные отзывы. Бурного роста частного фандрайзинга на системные проекты как не было, так и нет. Некоторые организации остаются в рабочем состоянии только потому, что еще год назад или уже в этом году так или иначе сократили свои программы. Да, сектор безусловно адаптировался и продолжает это делать. Платежные методы, которые перестали работать в прошлом году, успешно заменены — российский банкинг очень развит и гибко реагирует на все. Но говорить о том, что некоммерческий сектор растет и укрепляется, я не могу. Если продолжить выражаться финансовыми терминами, то я бы сказала, что сектор переживает рецессию, причем не только в плане финансов, но и в плане смыслов, идей, новых подходов и ответов на вопрос: «Зачем?»

Майя Соерова
Майя Соерова
Директорка по привлечению средств фонда “Нужна помощь”

Влияние контекста на поддержку организаций

По-прежнему самое «популярное» направление работы благотворительных организаций для финансовой поддержки (пожертвований) населением — это «на лечение детей» (дети с инвалидностью и дети, нуждающиеся в лечении) и программы помощи бездомным животным.

В 2023 году в исследование для выбора было добавлено новое направление работы — помощь «российским военным, добровольцам СВО и членам их семей», которое разделило третье место по распространенности пожертвований наравне с организациями, помогающими малоимущим. Новое направление чаще поддерживали люди в возрасте 45–60 лет и жители Москвы.

С учетом контекста в 2022 году отмечался значимый рост поддержки организаций, помогающих беженцам и мигрантам, однако в 2023 произошел «откат» к более низким значениям финансовой поддержки этой категории.

В 2023 году аналогичное снижение поддержки отмечается и у «пострадавших от стихийных бедствий и военных конфликтов», которым в прошлом году под влиянием событий стали помогать чаще. Однако нельзя исключать, что это снижение произошло в том числе за счет «перетекания» поддержки в направление помощи «российским военным, добровольцам СВО и членам их семей».

В целом список «антилидеров», включающих различного рода стигматизированные группы, не изменился.

Исследование этого года включало и вопросы о том, как сами люди оценивают изменения в деятельности благотворительных организаций после 2022 года.

Мнение о том, что благотворительным организациям стало работать труднее, выражено у трети опрошенных. Еще 20% респондентов оценивают эти изменения неоднозначно («отчасти труднее, отчасти — легче»).

Среди трудностей наиболее часто говорили о снижении доходов населения (нет возможности жертвовать организациям), переключении внимания государства на СВО и ограничениях из-за санкций, вызвавших в том числе проблемы с пожертвованиями, финансированием благотворительных организаций и т.д.

Мотивы участия

По-прежнему основной мотив совершения пожертвований в организации — сострадание, сочувствие нуждающимся.

За последний год произошли изменения. Люди стали чаще отмечать морально обязывающие мотивы, которые связывают участие в благотворительности с понятием долга — как гражданина России и как верующего человека. Чувство гражданского долга было более выражено у мужчин, людей в возрасте 45–60 лет, жителей городов с населением 100–250 тыс. человек.

Восприятие благотворительной деятельности, доверие к ней

Декларативно жертвователям по-прежнему не очень важны название и репутация благотворительной организации — они повлияли на выбор только у 13% опрошенных, сделавших пожертвование в организацию за последние 12 месяцев (и помнящих название). За последние пару лет наблюдений этот показатель практически не меняется.

Большая распространенность практик благотворительности среди российских интернет-пользователей не влияет на интерес к работе благотворительных организаций, который был выражен только у четверти опрошенных («мне интересно следить за работой благотворительных организаций, узнавать их новости»).

Практически две трети респондентов, которые имели опыт пожертвований в благотворительную организацию в 2022 году, признались, что не отслеживали судьбу своих пожертвований.

На отсутствие погруженности в благотворительную сферу, для российского населения во многом ограниченную исключительно финансовой поддержкой, указывает и неспособность назвать деятелей, занимающихся благотворительностью в России.

Более половины затруднились назвать даже одну персону из благотворительного сектора, которой бы они доверяли. Абсолютное большинство тех, кто смог упомянуть хотя бы одно имя, назвали Константина Хабенского. Напротив, наибольшее недоверие было зафиксировано к Чулпан Хаматовой.

Опрос проходил в период мятежа главы ЧВК «Вагнер», поэтому попадание Евгения Пригожина в список скорее символическое, его имя было на слуху. Практически всегда в открытых вопросах о доверии, неважно, благотворителям или политикам, называют и имена, не связанные со сферой, о которой идет речь. Доверие — серьезная категория, серьезнее, чем одобрение (одобряют всегда больше, чем доверяют). Если человек ориентируется на чье-то мнение, доверяет ему, то он распространяет это доверие на все сферы. Здесь важнее не то, что россияне назвали Евгения Пригожина, а то, что они практически не знают реальных благотворителей, таких как, например, Нюта Федермессер, которую отметили менее 1% населения.

Карина Пипия
Карина Пипия
Социолог-исследователь фонда “Нужна помощь”

Вызовы и барьеры к участию

В прошлом году наметилась негативная тенденция — снижение готовности совершать пожертвования в благотворительные организации в будущем, это был самый низкий показатель за всю историю наблюдений. В 2023 году эта готовность сохранилась на прежнем, низком уровне (38%).

Как было отмечено выше, сами респонденты понимают, что сейчас одна из основных трудностей в деятельности благотворительных организаций — это снижение финансовых возможностей населения.

«Люди труднее расстаются со своими деньгами. Нет лишних денег».

«Доходы стали меньше, расходы больше, выделять что-то на сторону стало сложнее. Плюс люди озлобились».

«Многие сейчас сами выживают, доходы упали, а расходы выросли».

 

Сохраняется и высокий уровень недоверия к благотворительным организациям, впервые превысивший 50-процентный порог в прошлом году. На фоне этого, вероятно, продолжает поступательно увеличиваться доля тех россиян, кто предпочитает помогать напрямую нуждающимся, минуя благотворительные организации.

Отношение к иностранным агентам в секторе

От 2021 года к 2023 году выросла доля россиян, которые знают, что статус «иностранного агента» может быть применен и к некоммерческой организации. Этот рост в первую очередь произошел за счет тех респондентов, кто что-то слышал об этом, но не понимает сути.

Однако даже у респондентов, слышавших о такой «угрозе», нет массово разделяемого мнения о причинах получения такого статуса некоммерческими организациями, что еще раз указывает на непонимание происходящего.

За прошедшие два года значимо выросла поддержка закона об «иностранных агентах» и практики его применения в отношении НКО, а готовность населения к публичной поддержке организаций, получивших такой статус, и доверие к ним, напротив, снизились.

Молодые люди до 35 лет, жители обеих столиц и респонденты с опытом регулярной поддержки благотворительных организаций чуть лояльнее относятся к организации, которая может получить статус «иностранного агента».

Метод сбора данных: онлайн-опрос интернет-пользователей России (18–60 лет), проживающих в городах с населением от 100 тыс. человек.

Рекрут респондентов: панель агентства онлайн-исследований Tiburon Research.

Период сбора данных: июнь 2023 года.

Выборка: 1200 человек, квотирована по полу, возрасту, размеру населенного пункта, федеральному округу и уровню дохода.

Над исследованием работали: Карина Пипия, Ксения Бабихина (фонд «Нужна помощь»), а также команда Tiburon Research — Екатерина Черешнева.

Иллюстрация: Рита Черепанова.

Диаграммы и таблицы: команда проекта «Если быть точным».

Дашборд с результатами за 2017-2023 гг.

Читайте также
Россияне стали меньше доверять фондам и чаще поддерживать беженцев. Итоги опроса «Профессиональная благотворительность в развитии»
7 сентября
Что изменилось в российской благотворительности за последние 5 лет
22 ноября
Бенчмаркинг НКО: как менялись частные благотворительные пожертвования в 2020 году
15 апреля